Адмирал застрелился от боли

Вчера вице-премьер Ольга Голодец дала поручение Минздраву России в недельный срок разобраться, почему родные вице-адмирала Апанасенко не могли получить для него обезболивающие. Вчера же министр Вероника Скворцова распорядилась о проведении масштабной проверки, как обстоит дело с паллиативной помощью во всех регионах. Уход из жизни контр-адмирала Апанасенко — укор всем нам. Да разве ж дело в одном несчастном контр-адмирале? Не дай Бог кому-нибудь из нас или наших близких столкнуться с Системой, которой нет никакого дела до нашей боли. «РГ» пригласила на совет экспертов — представителей Минздрава РФ и ФСКН, медиков, фармацевтов и организации пациентов, чтобы понять: что мы творим.

Мужественный человек не смог перенести страшную боль, которая нередко сопровождает онкобольных. И это в то время, когда на вооружении медиков немало надежных препаратов, снимающих нечеловеческие муки, позволяющих самым тяжелым больным достойно уйти. Хотя, как уверяют медицинские чиновники, все нормативные акты на сей счет изданы, с ними может каждый ознакомиться на официальных сайтах соответствующих ведомств. Почему же бесчеловечность продолжается? Уже в которой раз обсуждаем эту трагическую тему. Именно трагическую, потому что боль, которая обрушивается на пациентов, может быть такой неимоверной силы, что вынести ее нет сил. Вот говорят: болевой шок. Вдумайтесь, человек теряет сознание от боли. 66-летний контр-адмирал Вячеслав Апанасенко был волевым, терпеливым. Но и он не выдержал. Его попытка самоубийства стала известна: речь шла об известном человеке. Но в той же ситуации пребывают тысячи больных. Ни в одной из развитых стран мира проблема обезболивания безнадежных больных и тяжелых хроников не стоит столь остро, как у нас. По данным Международного комитета по контролю над наркотиками, Россия занимает 38-е место из 42 по доступности наркотического обезболивания в Европе и 82-е место в мире. Это данные 2010 года, но и сегодня, четыре года спустя, ситуация принципиально не поменялась. В своем докладе Международный комитет привел сравнительные данные: в России уровень использования наркотических лекарств составил 107 статистических условных суточных доз (СУСД) на миллион человек в сутки. Иными словами, Россия относится к группе стран с недостаточным уровнем обеспечения такими препаратами. Если этот показатель меньше 100 СУСД, уровень потребления оценивается как крайне недостаточный. В США используют лекарственные наркотики в 39 раз больше (что дает повод некоторым экспертам говорить об избыточном их применении), чем у нас, в Германии — в 19 раз, Франции — почти в 7 раз. И даже в соседней Белоруссии положение лучше нашего примерно в 1,5 раза. Отношение к боли, страданиям пациента у нас и в западных странах очень разное. У нас пациент часто терпит до последнего: ему и в голову не приходит, что у современной медицины есть средства и способы если не вылечить его, то хотя бы избавить от страданий. Врачи тоже не всегда «заточены» на паллиативную помощь. Мы в начале создания нормальной службы паллиативной помощи. При больницах только начинают открываться такие отделения, появляются хосписы. В Москве их восемь. Мало. Тяжелые пациенты ждут своей очереди. А те, кто остается дома, рискуют остаться один на один с болью. Поэтому медики, представители общественных пациентских организаций и наркоконтроль просто обязаны сесть за общий стол и договариваться о том, как изменить нынешнюю систему помощи безнадежным больным, сделать ее гуманной. Пока же на извечный вопрос «кто виноват?» ответить трудно. Виновата система? Близко к истине, но расплывчато, неконкретно. С одной стороны, есть уже не безупречный, но все-таки закон. Есть приказы, которые могут и должны улучшить положение. С другой — те, кто эти законы не соблюдает, не несут никакой ответственности, кроме моральной. В то же время если врач, выписывая рецепт, допустит малейшую ошибку, он может оказаться под прицелом следователя. Мы публикуем заметку нашего челябинского корреспондента. Она о том, как бьются пациенты, страдающие тяжелыми болезнями, за право получения жизненно необходимых препаратов. Эти препараты согласно всем имеющимся законам и циркулярам им положены. Но жизнь показывает, увы, не впервые: законы — это одно, а реальность — совсем иное. В реальности положенное по закону можно получить лишь по решению суда. Впечатление такое, что написаны законы теми, кто не представляет масштабы боли. Или чужая боль не болит. Сможет ли «контрольный выстрел» вице-адмирала Вячеслава Апанасенко помочь разрубить этот узел? Что конкретно еще нужно сделать? Слово нашим экспертам.
Источник: Российская газета